ДИАЛОГ С ЛЮБОВЬЮ — сказка от Эльфики

Image result for диалог с любовью

Ночь. И снова не было сна. Неделю назад он сказал мне: «Извини, но у нас ничего не получится. Дело не в тебе, дело во мне. Не обижайся…»

Эти слова, в разных вариациях, я слышала несчётное количество раз. А иногда они исчезали просто так, без слов. И это было больно и обидно.

Снова одолевали мысли: «Что, ну что я делаю не так? Почему мне так не везет? Ну я же не уродина, не дура, не грымза какая-нибудь. Но всё не в радость, потому что в моей жизни нет Любви. В моей жизни совсем, совсем отсутствует Любовь».

Кажется, я плакала. И в какой-то момент я упала на колени и, обращаясь к потолку, страстно взмолилась: «Господи! Пожалуйста! Я так хочу Любви! Я не могу без Любви! Пусть ко мне придёт Любовь! Ну пожалуйста, пожалуйста!». И Бог меня услышал.

- Я пришла, — сказала Любовь. – Посмотри на меня.

Она сидела в кресле у окна. Вид у неё был усталый, и похожа она была на замученную бытом домохозяйку. Видимо, сомнения отразились на моём лице, потому что она усмехнулась и сказала:

- Я меняю лики. Я могу быть такой…

Она мгновенно перетекла в образ восхитительной, искрящейся и недоступной Снежной Королевы.

- И такой…

На месте Королевы сидел веселый карапуз лет пяти, перемазанный в шоколаде.

- И такой…

Нежный образ юной тоненькой девушки, играющей на скрипке.

- И такой…

Так, наверное, выглядела страстная, огненная, неукротимая Кармен.

- В общем, у каждого свое представление обо мне, — подвела итог она.

В кресле снова сидела Замученная Домохозяйка.

- Ты звала меня. Зачем? – нетерпеливо спросила Любовь.

- Ну как зачем? – растерялась я. – Я хочу Любви. Я хочу, чтобы ты была в моей жизни. Всегда. У всех есть Любовь, и у меня должна быть.

- Я никому ничего не должна, — мягко возразила Любовь. – Там, где звучит слово «должна», я не живу. Я ухожу. Или умираю.

- Разве ты не бессмертна? – удивилась я.

- Меня часто убивают. Но я воскресаю, как птица Феникс, и возрождаюсь в другом месте, в другом качестве, в другом образе. Так что в каком-то смысле – да, бессмертна.

- Но как можно убить Любовь? – продолжала допытываться я.

- Меня убивают Претензиями. Обидами. Ложью. Предательством. Ревностью. Стремлением обладать безраздельно. И словом «должна», — грустно ответила Любовь. – За свою историю человечество придумало очень, очень много способов убийства Любви.

- Да, Любовь часто бывает несчастной, — тихо сказала я.

- Нет, моя дорогая. Любовь – это и есть Счастье. Если Любовь несчастна, то это не я, ты меня просто с чем-то перепутала.

- Но с чем Любовь можно перепутать? – ещё больше удивилась я.

- Со страстью. С желанием быть хоть кому-то нужной. Со стремлением доказать, что ты не хуже других. Со скрытой корыстью. Мало ли с чем? Люди – такие путаники… Большинство из них просто не знает, что такое Истинная Любовь.

- Но подожди… Ведь я прочитала столько книг о любви! Всем известно, что такое Любовь… Ромео и Джульетта… Отелло и Дездемона… Анна Каренина…

- Детка, ну что ты такое говоришь? – всплеснула руками Любовь. – Неужели ты действительно думаешь, что это я, Любовь, травлю…давлю… душу…уничтожаю???

- Но это же все из-за Любви?! Из-за тебя? Разве нет???

- Нет, — печально ответила Любовь. – Это из-за страха. Страха потерять. Страха быть отвергнутым или обманутым. Страха остаться одному. Страха перед осуждением. Это Страх убивает Любовь. Вот так, девочка.

Я совсем растерялась, в голове был полный кавардак. Всё, что казалось твёрдым и незыблемым, стало терять чёткие очертания, становиться текучим и эфемерным.

- Но тогда… какая ты по-настоящему? – спросила я.

- Лучше всего обо мне сказано в Святом Писании, — ответила Любовь и с удовольствием процитировала: «Любовь долготерпит, милосердствует, Любовь не завидует, Любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине, все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит».

- Всего надеется, все переносит… — машинально повторила я. – Да, наверное. Раз ты говоришь.

Я согласна всему верить, все переносить. И всё ещё надеюсь! А ты не приходишь и не приходишь! Почему ты обходишь меня стороной?

- Потому что ты меня боишься, — устало пояснила Любовь. – Я прихожу, стою рядом, но ты предпочитаешь меня не видеть. И не принимаешь меня в своё сердце.

- Я? Боюсь?? Любви??? – возмутилась я. – Но это неправда!

- Ты боишься боли. Для тебя Любовь – это неизбежная боль.

- А разве не так??? – запальчиво спросила я.

Любовь уже начинала раздражать меня своими парадоксами.

- Не так! – сердито сказала Любовь. – Нет во мне никакой боли. Её люди придумали. Я красива. Легка. Свободна. Я – как бабочка на ладошке. Ты держала когда-нибудь бабочку на ладошке?

- Ну да, в детстве, — вспомнила я. – Я очень тихо стояла и любовалась, даже почти не дышала, а она ползала по ладошке и крылышками перебирала, и было так смешно и щекотно…

- Что будет, если хватать бабочку за крылья? Или сжать кулак? — продолжала Любовь.

– Она погибнет, — тихо сказала я.

- И я погибаю, когда меня пытаются удержать. Зажать в кулаке…А иногда меня вообще засушивают и накалывают на булавку. Как трофей… — печально сказала Любовь. – Что ж вы со мной делаете, люди? И с собой…

Повисла тягостная пауза. Мы обе молчали. Передо мной проносились картинки из собственной жизни. Сколько раз я сжимала кулак! И хватала за крылья. И потом горевала над хладным трупиком Любви, не понимая, почему она умерла.

Любовь понимающе покивала, словно слышала мои мысли.

- Да, ты вела себя как неразумный ребёнок. Схватить, удержать, не пустить, взять в плен. Это так по-человечески!

Я смотрела на Любовь каким-то новым, совсем другим взглядом. Вот сидит в кресле Легкокрылая Бабочка, которую превратили в Заморенную Домохозяйку. Я превратила!!! Сама, никто не заставлял. И я опять от неё чего-то требую. От неё все чего-то требуют, требуют, требуют…А сами при этом всё крепче сжимают кулаки и обрывают хрупкие разноцветные крылья. Слёзы поднимались, поднимались, и внезапно брызнули из моих глаз, словно весенний дождик.

- Любовь, но что я могу сделать для тебя? – сквозь слёзы спросила я.

- Принять меня как Дар. И не препятствовать свободному полёту. Просто – дай мне место на своей ладошке, — попросила Любовь. – Я ведь тоже так соскучилась по людям…

- Ты больше никогда не уйдёшь? – спросила я.

- А я никогда и не уходила, — сказала Любовь. – Я всегда рядом. И всегда жду…

…Наверное, мне снились хорошие, светлые сны. Потому что я проснулась с улыбкой. А когда раздернула шторы, увидела, что ночью прошёл лёгкий дождь. Лужи парадно блестели, а листва была глянцевой и свежей. Мир был обновлённым и очень радостным. И с той стороны на стекле сидела роскошная, невероятно красивая бабочка.

Автор: Эльфика

Источник ➝

Часть III История Урантии. Документ 92. Дальнейшая эволюция религии.

 

6. Составные религии.

92:6.1 (1010.5) Урантийские религии двадцатого века представляют собой интересный материал для исследования социальной эволюции религиозного влечения у человека. Многие вероисповедания почти не изменились со времени культа духов. Как группа, африканские пигмеи не имеют религиозных реакций, хотя некоторые из них в какой-то мере верят в духовное окружение. Сегодня они находятся на той же стадии развития, что и первобытный человек в начале эволюции религии. Основой примитивной религии была вера в жизнь после смерти.

Поклонение личностному Богу свидетельствует об эволюционном прогрессе и даже первом этапе откровения. У даяков сложились только наиболее примитивные религиозные обряды. Ещё сравнительно недавно весьма неопределённые представления о Боге существовали у эскимосов и америндов, которые верили в духов и имели смутное представление о некотором подобии жизни после смерти. У современных австралийских аборигенов есть только страх перед духами, боязнь темноты и примитивное поклонение предкам. У зулусов только сейчас появляется религия, основанная на страхе перед духами и жертвоприношениях. Многие африканские племена, кроме тех, которые испытали влияние христианских и мусульманских миссионеров, ещё не поднялись в своем религиозном развитии выше уровня фетишей. Однако некоторые группы уже давно придерживаются идеи монотеизма, как, например, потомки фракийцев, которые верили также в бессмертие.

92:6.2 (1010.6) На Урантии эволюционная и богооткровенная религии развиваются бок о бок, объединяясь и срастаясь в разнообразные теологические системы, существующие в мире на время составления настоящих документов. Можно предложить перечень этих религий Урантии двадцатого века:

92:6.3 (1011.1) 1. Индуизм – древнейшая.

92:6.4 (1011.2) 2. Иудаизм.

92:6.5 (1011.3) 3. Буддизм.

92:6.6 (1011.4) 4. Конфуцианские учения.

92:6.7 (1011.5) 5. Даосские верования.

92:6.8 (1011.6) 6. Зороастризм.

92:6.9 (1011.7) 7. Синтоизм.

92:6.10 (1011.8) 8. Джайнизм.

92:6.11 (1011.9) 9. Христианство.

92:6.12 (1011.10) 10. Ислам.

92:6.13 (1011.11) 11. Сикхизм – новейшая.

92:6.14 (1011.12) Наиболее развитыми религиями древности были иудаизм и индуизм, и каждая из них оказала огромное влияние на историю развития религии на Востоке и Западе. Как индусы, так и иудеи верили в боговдохновенность и богооткровенность своих религий и считали, что все остальные учения – упадочные формы единственной истинной веры.

92:6.15 (1011.13) Индия поделена между приверженцами индуизма, сикхизма, ислама и джайнизма, причем каждая конфессия изображает Бога, человека и вселенную в своём, отличном от других, понимании. Китай придерживается даосских учений и конфуцианства; в Японии почитается синтоизм.

92:6.16 (1011.14) Великими межнациональными и межрасовыми вероучениями являются иудаизм, буддизм, христианство и ислам. Регионы, охваченные буддизмом, простираются от Цейлона и Бирмы – через Тибет и Китай – до Японии. Буддизм смог приспособиться к нравам многих народов и в этом отношении сравним только с христианством.

92:6.17 (1011.15) Иудейская религия заключает в себе философский переход от политеизма к монотеизму; она является эволюционным связующим звеном между религиями эволюции и религиями откровения. Иудеи – единственный из народов Запада, прошедший весь путь от своих ранних эволюционных богов вплоть до Бога откровения. Однако широкое распространение эта истина получила только в дни пророка Исайи, который в очередной раз учил смешанному представлению, объединив расовое божество и Всеобщего Творца: «О, Господь Саваоф, Бог Израиля, ты Бог, только ты один; ты сотворил небеса и землю». В своё время надежда на спасение западной цивилизации связывалась с возвышенными иудаистскими концепциями благости и прогрессивными эллинскими представлениями о красоте.

92:6.18 (1011.16) Христианская религия – это религия о жизни и учениях Христа. Она основана на теологии иудаизма, модифицирована через усвоение некоторых учений зороастризма и греческой философии и сформулирована, в первую очередь, тремя индивидуумами: Филоном, Петром и Павлом. Со времени Павла она претерпела целый ряд эволюционных изменений и настолько пропиталась западным духом, что многие неевропейские народы совершенно естественно смотрят на христианство как на чужеродное откровение чужеродного Бога для чужеродцев.

92:6.19 (1011.17) Ислам является религиозно-культурной общностью северной Африки, Леванта и юго-восточной Азии. Именно еврейская теология в сочетании с последующими христианскими учениями превратила ислам в монотеистическую религию. Приверженцы Магомета были озадачены прогрессивными учениями о Троице; им была непонятна доктрина о трёх божественных личностях и едином Божестве. Попытка внезапно склонить эволюционный разум к восприятию прогрессивной богооткровенной истины всегда сопряжена с большими трудностями. Человек – эволюционное создание и должен обрести свою религию в основном с помощью эволюционных методов.

92:6.20 (1012.1) В своё время поклонение предкам было явным прогрессом в религиозной эволюции, однако столь же удивителен, сколь и печален тот факт, что эта примитивная идея сохраняется в Китае, Японии и Индии наряду с обилием относительно более прогрессивных взглядов, например, буддизмом и индуизмом. На Западе поклонение предкам переросло в преклонение перед национальными богами и почитание народных героев. В двадцатом веке эта националистическая религия преклонения перед героями проявляется в различных радикальных и националистических светских течениях, характерных для многих рас и народов Запада. Схожее отношение встречается в знаменитых университетах и крупных промышленных сообществах англоязычных народов. Не слишком далека от таких представлений идея о том, что религия является всего лишь «общим стремлением к счастливой жизни». «Национальные религии» – это не более, чем возврат к древнеримскому поклонению перед императором и к синтоизму, поклонению государству в образе императорской семьи.

Картина дня

))}
Loading...
наверх