Свежие комментарии

  • Сергей
    БЛАГОДАРЮ!Книга Урантии. Д...
  • Irina Karamysheva (Карамышева)
    Очень познавательно и интересно! Благодарю!Что такое душа. У...
  • Irina Karamysheva (Карамышева)
    Благодарю! Особенно понравилось выражение : "Вся наша Жизнь - это приучение себя к высоким потокам Энергии и истинног...ЭНЕРГИЯ ДНЯ 22 и...

Книга Урантии. Документ 139 Двенадцать апостолов. Часть 4, глава 8

Книга Урантии.  Документ 139 Двенадцать апостолов. Часть 4, глава 8

8. Фома Дидим

139:8.1 (1561.1) Фома был восьмым апостолом, и он был избран Филиппом. В последующие времена он стал известен как «Фома неверующий», однако его товарищи-апостолы вряд ли считали его неисправимым скептиком. Действительно, он обладал логическим и скептическим складом ума, но его отважная преданность не позволяла близко знавшим его людям считать Фому банальным скептиком.

139:8.2 (1561.2) Когда Фома присоединился к апостолам, ему было двадцать девять лет. Он был женат и имел четырёх детей. Поначалу он работал плотником и каменщиком, но впоследствии стал рыбаком и поселился в Тарихее, находившейся на западном берегу Иордана у того места, где он вытекает из Галилейского моря. Фома был известным человеком в своём небольшом селе. Он был мало образован, но обладал острым и логическим умом и являлся сыном прекрасных родителей, живших в Тивериаде. Из всех апостолов только Фома обладал действительно аналитическим складом ума. Он был настоящим уч1ным апостольской группы.

139:8.3 (1561.3) Детство Фомы было несчастливым. Брак его родителей нельзя назвать удачным, что отразилось на нём в зрелом возрасте. Фома приобрёл очень тяжёлый и сварливый характер. Даже его жена была довольна, когда он стал одним из апостолов: она радовалась тому, что бóльшую часть времени сможет не видеть своего пессимистически настроенного мужа.

Кроме того, Фоме была присуща некоторая подозрительность, из-за чего с ним было трудно ужиться. Поначалу Фома очень возмущал Петра, который жаловался на него своему брату Андрею, называя его «злым, противным и вечно подозрительным». Но чем лучше товарищи Фомы узнавали его, тем больше он им нравился. Они убедились в его абсолютной честности и непоколебимой преданности. Фома был в высшей степени искренним и правдивым человеком, однако он был от природы придирчив и вырос настоящим пессимистом. Проклятьем его аналитического ума была подозрительность. Он уже терял веру в людей, когда познакомился с двенадцатью и, таким образом, соприкоснулся с благородной личностью Иисуса. Эта связь с Учителем сразу же начала преобразовывать весь характер Фомы, что привело к огромной перемене в его отношениях с другими людьми.

139:8.4 (1561.4) Огромной силой Фомы был его прекрасный аналитический ум в сочетании с непреклонным мужеством – если он приходил к какому-то решению. Его огромной слабостью была подозрительность в сочетании с нерешительностью, которую он так и не преодолел за всю свою жизнь во плоти.

139:8.5 (1561.5) В организации двенадцати апостолов в обязанности Фомы входило составление маршрутов и руководство путешествиями, и он был умелым управляющим работой и передвижениями апостольского корпуса. Он был хорошим исполнителем, великолепным предпринимателем, однако ему мешало его переменчивое настроение; сегодня он был одним человеком, завтра – другим. Когда Фома присоединился к апостолам, он был склонен к меланхолии, но общение с Иисусом и другими апостолами в значительной мере излечило его от этого болезненного самоанализа.

139:8.6 (1561.6) Иисусу очень нравился Фома, с которым он провёл много длительных бесед с глазу на глаз. Его присутствие среди апостолов было огромным утешением для всех честных скептиков и помогло многим смущенным умам войти в царство, даже если они не могли целиком понять всех духовных и философских аспектов учений Иисуса. Апостольство Фомы было неизменным свидетельством того, что Иисус любит и честных скептиков.

139:8.7 (1562.1) Если другие апостолы чтили Иисуса из-за какой-то особенной и выдающейся черты его многогранной личности, то Фома почитал своего Учителя из-за его в высшей степени гармоничного характера. Фома всё больше восхищался и уважал того, кто был столь ласковым и милосердным – и столь непреклонно справедливым и беспристрастным; столь твёрдым, но лишённым упрямства; столь спокойным, но лишённым безразличия; столь полезным и участливым, но лишённым навязчивости или безапелляционности; столь сильным – и одновременно столь добрым; столь уверенным, но лишённым грубости или резкости; столь мягким, но столь чуждым нерешительности; столь чистым и невинным – и в то же время столь живым, энергичным и волевым; столь истинно мужественным, но лишённым опрометчивости или безрассудства; столь любящим природу, но столь свободным от какого-либо поклонения ей; столь весёлым и шутливым, но столь лишённым легкомысленности и фривольности. Именно эта несравненная гармоничность личности покорила Фому. Из всех апостолов он, возможно, обладал лучшим интеллектуальным пониманием Иисуса и способностью по достоинству оценить его личность.

139:8.8 (1562.2) В советах двенадцати Фома всегда был осмотрителен и настаивал на соблюдении осторожности, однако если его консервативная линия не встречала достаточной поддержки или отвергалась, он всегда был первым, кто бесстрашно отправлялся исполнять принятый план. Вновь и вновь он выступал против какой-нибудь идеи, считая её проявлением безрассудства и излишней самоуверенности; он спорил до самого конца, но когда Андрей выносил вопрос на голосование и апостолы решали сделать то, против чего он столь упорно возражал, Фома был первым, кто говорил: «Пошли!» Он умел проигрывать. Он не был злопамятным и не таил оскорблённых чувств. Вновь и вновь он возражал против того, чтобы Иисус подвергал себя опасности, но если Учитель решал пойти на риск, Фома неизменно сплачивал апостолов своим отважным призывом: «Вперёд, друзья – пойдём же на смерть вместе с ним».

139:8.9 (1562.3) В некоторых отношениях Фома был похож на Филиппа; он тоже хотел, чтобы ему «показали», однако его внешние проявления сомнения основывались на совершенно иных мыслительных процессах. Фома был аналитиком, а не просто скептиком. Что касалось личной физической отваги, он был одним из самых храбрых среди двенадцати.

139:8.10 (1562.4) У Фомы бывали очень тяжёлые дни; временами он становился мрачным и унылым. Утрата сестры-близнеца в возрасте девяти лет во многом стала причиной его юношеской печали и усугубила проблемы его характера в более поздний период жизни. Когда Фома погружался в уныние, то иногда ему помогал прийти в себя Нафанаил, иногда – Пётр, а нередко – один из близнецов Алфеевых. К сожалению, в периоды наибольшей подавленности он всегда избегал прямого контакта с Иисусом. Однако Учитель знал об этом всё и с понимающим сочувствием относился к страдавшему меланхолией и одолеваемому сомнениями апостолу.

139:8.11 (1562.5) Иногда Фома получал от Андрея разрешение покинуть остальных и уединиться на один-два дня. Но вскоре он понял неразумность такого пути. Он быстро убедился в том, что лучшее средство в период подавленности – продолжать работать и держаться своих товарищей. Однако какие бы чувства ни владели им, он оставался настоящим апостолом. Когда приходило время действовать, именно Фома всегда говорил: «Пошли!»

139:8.12 (1562.6) Фома служит прекрасным примером человека, который испытывает сомнения, вступает с ними в борьбу и побеждает. Он обладал великолепным умом; он не был язвительным критиканом. Это был человек логического склада ума, мыслитель; он являлся пробным камнем для Иисуса и своих товарищей-апостолов. Если бы Иисус и его труд не были подлинными, такого человека, как Фома, невозможно было бы удержать от начала до конца. Он обладал острым и безошибочным чувством истины. При первом же признаке мошенничества или обмана Фома покинул бы их. Учёные могут не до конца понимать Иисуса и его труд на земле, однако с Учителем и его человеческими сподвижниками жил и трудился человек, обладавший умом настоящего ученого, – Фома Дидим, и он верил в Иисуса Назарянина.

139:8.13 (1563.1) Дни суда и распятия стали тяжёлым испытанием для Фомы. На какое-то время он впал в глубокое отчаяние, но собрался с силами, остался с апостолами и вместе с ними приветствовал Иисуса на Галилейском море. На время он поддался сомнениям и депрессии, но в итоге вновь обрёл веру и мужество. После Пятидесятницы он помогал апостолам мудрым советом и, когда преследования рассеяли верующих, прошёл Кипр, Крит, побережье Северной Африки и Сицилию, проповедуя благую весть царства и крестя верующих. Фома продолжал проповедовать и крестить, пока, по приказу Рима, не был схвачен и казнён на Мальте. Всего за несколько недель до смерти он приступил к описанию жизни и учений Иисуса.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх