Враг не мог и предполагать, что такая крепость, как Кёнигсберг, так быстро падет

17 ноября 2025 г. президент РФ подписал федеральный закон, в соответствии с которым в перечень дней воинской славы и памятных дат России было внесено дополнение, а именно – установлена новая памятная дата России: 9 апреля – День героического штурма и взятия Кёнигсберга (1945 год).

Таким образом, россияне в нынешнем году впервые отметили на общегосударственном уровне этот памятный день.

Кёнигсберг был крепким орешком. Эта цитадель прусского милитаризма задолго до Второй мировой войны была превращена гитлеровским режимом в сильную крепость, а вступление советских войск в пределы Восточной Пруссии в октябре 1944 г. заставило вражеское командование ещё более усилить оборону города.

Были подготовлены три оборонительные позиции. Костяком системы обороны являлись железобетонные долговременные сооружения, внешние и внутренние форты и многочисленные убежища, дополненные развитыми полевыми укреплениями. В 8–15 км от центра города проходила позиция, которую немцы считали внешним обводом обороны. Здесь насчитывалось 15 старых фортов с артиллерийскими орудиями, пулемётами и огнемётами, связанных единой огневой системой. Каждый форт был подготовлен для круговой обороны и фактически являлся небольшой крепостью с гарнизоном в 250–300 человек. Первую позицию прикрывали противотанковый ров шириной 6–8 м и глубиной 3 м, эскарпы и противотанковые надолбы, проволочные заграждения и минные поля.

По окраинам города проходила вторая позиция, включавшая каменные здания, баррикады, железобетонные огневые точки – 38 дотов, 25 дзотов.

Основой её обороны служили опорные пункты, созданные в каменных зданиях. Третья позиция опоясывала центральную часть города, имея в своём составе девять мощных фортов. В центре города находилась цитадель, рассчитанная на гарнизон в несколько сот человек. За всю войну советские войска не встречали столь мощных укреплений.

Гарнизон крепости состоял из четырёх пехотных дивизий, нескольких отдельных полков, крепостных и охранных формирований, а также батальонов фольксштурма и насчитывал около 130 тыс. человек. На его вооружении было до 4 тыс. орудий и миномётов, более 100 танков и штурмовых орудий. С воздуха эту группировку поддерживали 170 самолётов, которые базировались на аэродромах Земландского полуострова.  Западнее города дислоцировалась 5-я танковая дивизия, принимавшая участие в обороне.

Штурмовали Кёнигсберг войска 3-го Белорусского фронта Маршала Советского Союза А.М. Василевского. Непосредственно к штурму были привлечены 39-я (генерал-лейтенант И.И. Людников), 43-я (генерал-лейтенант А.П. Белобородов), 50-я (генерал-лейтенант Ф.П. Озеров) и 11-я гвардейская (генерал-полковник К.Н. Галицкий) армии, три воздушные армии, ВВС Балтийского флота, два бомбардировочных авиационных корпуса РВГК. Всего в наступательной операции принимали участие до 187 тыс. человек, около 5,2 тыс. орудий и миномётов, 125 танков и 413 самоходно-артиллерийских установок, 2,4 тыс. самолётов. Преимущество в живой силе и технике позволяло завершить операцию в кратчайший срок и без больших людских потерь.

До половины артиллерии составляли тяжёлые орудия, предназначенные для разрушения долговременных оборонительных сооружений. Авиация нацеливалась на удары по крепостным сооружениям, артиллерийским позициям врага, местам сосредоточения живой силы и боевой техники. Для действий в городе были подготовлены 104 штурмовые группы и 26 отрядов с приданными огнемётными подразделениями. С началом штурма они должны были прорываться в промежутки между фортами, окружать их и блокировать.

Поскольку маршал Василевский руководил ликвидацией наиболее мощной хейльсбергской группировки противника, задача по руководству взятия Кёнигсберга была возложена на заместителя командующего 3-м Белорусским фронтом генерал-полковника И.Х. Баграмяна. Последний разработал, по меткому выражению генерала армии А.П. Белобородова, тончайший в оперативном отношении план. Конфигурация линии фронта позволяла нанести удары с северо-запада и юго-запада, т. е. с глубоких флангов и тыла крепости. В этом случае большая часть укреплений, обращённых на восток и юго-восток, оставалась в бездействии, а удар наносился по наиболее чувствительному месту – тылу. Можно представить себе, что ожидало наши войска, если бы пришлось брать крепость в лоб.

Перед самым штурмом крепости маршал А.М. Василевский обратился к генералам, офицерам и солдатам Кёнигсбергской группы войск с ультиматумом: «…сложить оружие и прекратить сопротивление. Всем генералам, офицерам и солдатам, которые прекратят сопротивление, гарантируются жизнь, безопасность, достаточное питание и возвращение после войны на родину или в любую другую страну по личному желанию военнопленного». Ультиматум был проигнорирован. И тогда вновь заговорило оружие.

Непосредственно перед штурмом крепости командование фронтом спланировало и провело четырёхдневный период разрушения её долговременных инженерных сооружений. Настоящий ураган огня обрушился на Кёнигсберг 6 апреля. В этот день в 12:00 после мощнейшей артиллерийской подготовки войска 3-го Белорусского фронта перешли в наступление. Немцы, опираясь на широко развитую систему долговременных и полевых укреплений и используя многочисленные каменные здания, оказывали упорное сопротивление. Тем не менее к исходу дня нашим войскам удалось прорвать укрепления внешнего обвода Кёнигсберга и выйти на его окраины.

7 апреля советские войска завязали бои непосредственно за город. Вследствие отчаянного сопротивления и контратак противника продвижение было медленным. В течение дня враг предпринял 35 контратак, значительная их часть была произведена в самом городе.

Перелом наступил после того, как удалось овладеть фортом № 5 («Король Фридрих Вильгельм III»). Командир сапёрного взвода 175-го отдельного сапёрного батальона лейтенант И.П. Сидоров, подобравшись с подчинёнными непосредственно к стенам форта, организовал мощный подрыв. Через образовавшийся пролом внутрь форта проник штурмовой отряд и в рукопашной схватке подавил сопротивление немцев. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1945 г. лейтенант Сидоров был удостоен звания Героя Советского Союза. Этого же звания удостоились 14 его сослуживцев, отличившихся при взятии форта.

Иван Прохорович Сидоров

11-я гвардейская армия продолжала успешный штурм укреплений в южной части города, овладев двумя фортами.

С утра следующего дня, 8 апреля, в связи с улучшением погоды стала значительно активнее действовать авиация. 516 тяжёлых бомбардировщиков 18-й воздушной армии Главного маршала авиации А.Е. Голованова обрушили на крепость тысячи крупнокалиберных бомб.

Штурмовые отряды и группы под прикрытием и при поддержке артиллерии, танков и авиации настойчиво пробивались к центру города. В ходе штурма они овладели несколькими сотнями кварталов и тремя фортами. В этот же день советские войска полностью овладели портом и железнодорожным узлом Кёнигсберг, а также рядом важных военно-промышленных объектов. Наступавшие с севера и юга войска разрезали Кёнигсбергскую группировку противника на две части.

9 апреля 1945 г. стало четвёртым, последним, но, пожалуй, и самым напряжённым днем штурма. Враг продолжал яростно сопротивляться, хотя ещё накануне войска Красной армии плотно замкнули кольцо окружения. Неся громадные потери в людях и технике, враг стягивал силы к центру и восточной части города, где надеялся продолжать сопротивление. О масштабе боёв в этот день говорят хотя бы масштабы его потерь: было уничтожено свыше 10 тыс. немецких солдат и офицеров. Однако это уже было сопротивление обречённых.

«Тактическая обстановка в Кёнигсберге, – вспоминал комендант крепости генерал О. Лаш, – была безнадежной… Мы полностью потеряли управление войсками. Выходя из укреплений на улицу, чтобы связаться со штабами частей, мы не знали, куда идти, совершенно теряя ориентировку: так разрушенный, пылающий город изменил свой вид. Никак нельзя было предполагать, что такая крепость, как Кёнигсберг, так быстро падет. Русское командование хорошо разработало и прекрасно осуществило эту операцию».

Советские войска в ходе Кёнигсбергской операции уничтожили до 42 тыс. и взяли в плен около 92 тыс. человек, в том числе более 1800 офицеров и четырёх генералов во главе с комендантом крепости. Из трёх лагерей военнопленных были освобождены около 9 тыс. человек.

Пленные немцы у Королевских ворот 

«Абсолютно неприступный бастион немецкого духа», как называл Кёнигсберг Гитлер, пал под ударами советских войск за четыре дня.

За счет чего Иран выдержал натиск США и Израиля

С самого начала агрессии США и Израиля казалось, что у Ирана нет практически никаких шансов. Однако по итогам состоявшегося перемирия стало понятно, что Тегеран при всех потерях одержал верх над своими соперниками. Это достигнуто не только за счет политической и моральной устойчивости иранского общества, но и с помощью чисто военных новинок и технологий Ирана.

«С самого начала операции «Эпическая ярость» президент [США Дональд] Трамп предполагал, что она продлится четыре-шесть недель. Благодаря невероятным успехам наших военных мы достигли и превзошли наши основные военные цели за 38 дней», – заявила пресс-секретарь президента США Кэролайн Левитт. Она утверждает, что военные победы американцев дали Вашингтону необходимые рычаги для давления на Иран, необходимые для достижения дипломатического решения и установления долгосрочного мира.

Но какие именно американские цели были достигнуты в ходе пятинедельной войны? Напомним, что в качестве таковых Трампом озвучивались прекращение Тегераном обогащения урана, конфискация в пользу США всех запасов оружейного плутония, прекращение ракетной программы и уничтожение всех ракет большой дальности, установление в Иране режима, лояльного Вашингтону и Тель-Авиву. Уже в ходе агрессии Трамп заявлял о желании взять под американский контроль Ормузский пролив.

Ни одна из данных целей не достигнута. Притом что некоторые чисто военные достижения США отрицать невозможно – в частности полностью и в считанные дни уничтожены ВМС Ирана. Можно также предположить, что силам американо-израильской коалиции удалось уничтожить ВВС Исламской республики или, по крайней мере, не допустить боевого применения иранских самолетов.

Не совсем ясна ситуация с системами ПВО. Американцы и израильтяне еще в первые дни агрессии объявили о его полном подавлении/уничтожении. Эти утверждения подкреплялись роликами с поражением пусковых установок, а также тем фактом, что крылатые ракеты, которыми наносились удары по иранским объектам, практически не перехватывались. Однако как только коалиция от ракетных атак перешла к авиационным бомбоштурмовым ударам, «уничтоженные» ЗРК заработали по истребителям. Ради спасения летчика сбитого Ираном F-15 Пентагону пришлось организовать сверхсложную спасательную операцию.

Также представитель Белого дома объявила, что союзники уничтожили множество ракетных установок, в результате чего «баллистические ракетные удары Ирана в ответ на наши действия продолжались всего шесть дней, и в настоящее время их количество сократилось на 90%». Но и тут все не так просто. В первые дни иранцы атаковали большим количеством старых ракет, перегружая ПВО противника и заставляя его стремительно расходовать запасы противоракет. Но затем, когда возможности зенитчиков противника были ослаблены, в дело пошли самые современные, более точные и смертоносные ракеты.

Левитт не упомянула о еще одном «достижении» союзников, которое неоднократно отмечал Трамп, – об убийстве верховного лидера Ирана с большей частью его семьи, а также уничтожении ряда чиновников и генералов. Судя по заявлениям из Вашингтона и Тель-Авива, именно на это возлагались большие надежды. Руководство коалиции рассчитывало, что эти преступления вызовут в Иране кризис и паралич власти, спровоцируют мятеж и лишат возможности эффективного сопротивления агрессорам.

Но ничто из этого не смогло подорвать боевую устойчивость Ирана. Почему «успехи» коалиции не привели к достижению намеченных ими целей?

Прежде всего следует отметить стойкость самого народа Ирана и его руководства, которая имеет основу в том числе и в религиозных воззрениях шиитов с их культом мученичества и верности. Но морально-нравственные установки были подкреплены и вполне рациональными практическими решениями. Тегеран тщательно изучал тактику и стратегию Вашингтона и Тель-Авива и, отдавая себе отчет в технических возможностях потенциального противника, готовился именно к такой войне, в которой враг будет доминировать в воздухе и в Индийском океане, на дальних подступах к Ормузскому проливу. Система управления ИРИ была построена таким образом, что гибель даже нескольких руководителей не приводит к безвластию и растерянности.

Одним из ключевых элементов подготовки к войне для Ирана стало строительство грандиозных подземных укреплений в горных массивах, прозванных западными журналистами «ракетными городами».

Это огромные бункеры, прикрытые толщей бетона, гранита и базальта, способные выдержать попадание даже ядерных боеприпасов. Здесь размещены склады, арсеналы, командные пункты, атомные центры, предприятия по сборке ракет и дронов, помещения для личного состава. Все это обеспечено вентиляцией, электро- и водоснабжением, в породе прорублены тоннели на десятки километров, в которых действует железнодорожный транспорт. В таких укрытиях размещены баллистические ракеты и дроны, катера москитного флота, системы ПВО и, возможно, укрыта даже часть иранской авиации.

Система скрытых выходов позволяет мобильным пусковым установкам баллистических ракет выезжать на огневые позиции и после пуска немедленно скрываться под толщей породы. Вероятно, так же действуют и зенитчики. Иранцы рассчитали, что «Томагавки» у противника скоро закончатся, и он начнет использовать авиацию для ударов планирующими и свободнопадающими бомбами, и сберегли до этого момента, по крайней мере, часть своих ЗРК. Причем наводя их с помощью электронно-оптических прицельных систем, а не с помощью РЛС, которые неприятель легко обнаруживает.

Также аэрокосмические силы КСИР успешно применили против агрессора одно ноу-хау – зенитную барражирующую ракету «358» с пассивной системой наведения. Данное изделие запускается с обычной катапульты и совершает патрульный полет в заданном районе. В случае появления противника ракета его атакует. Если целей нет, то, выработав горючее, ракета возвращается в район старта и опускается на парашюте для повторного использования.

Еще более неприятным сюрпризом для врага стало использование гиперзвуковых баллистических ракет с разделяющейся головной частью, перед которыми американо-израильская ПРО оказалась бессильна. Вскрылась уязвимость практически всех объектов противника, оснащенных американскими системами ПВО/ПРО, перед массированными атаками Ирана. Главной же стратегической неожиданностью для агрессора стало решение Тегерана о закрытии Ормузского пролива и удары по нефтегазовым объектам региональных союзников США, обозначившие угрозу глобального кризиса.

В Вашингтоне убедились, что боевые действия практически зашли в тупик – конвенциональный потенциал практически исчерпан, и перед коалицией оставался небогатый выбор – применить ядерное оружие или переходить к откровенно геноцидным формам боевых действий.

Причем ни то, ни другое не дало бы гарантии успеха, зато с большой долей вероятности могло бы привести к ударам по израильскому ядерному центру в Димоне и к уничтожению инфраструктуры нефтяных монархий.

Что же до возможности сухопутной операции, то ее подготовка в любом случае требует значительного времени. То есть для Трампа перемирие было жизненно важным. Приостановка боевых действий позволит американцам подтянуть дополнительные силы для наземной операции, а также постараться укрепить свои пострадавшие базы – TWZ сообщает, что Пентагон объявил спешный тендер на закупку бетонных укрытий.

Таким образом, предварительные итоги конфликта выглядят военной победой Ирана, что называется, «по очкам». Тегеран сохранил независимость в войне с могучим врагом, возможность развивать ракетную программу и мирный атом плюс контроль над Ормузским проливом.

Победу Ирана признают даже на Западе. Так, конгрессмен от Республиканской партии Крис Мерфи назвал «катастрофой» условия перемирия между США и Ираном. «Дональд Трамп предпринял военные действия, которые, по-видимому, дали Ирану контроль над важнейшим водным путем, над которым он не имел контроля до начала войны», – заявил парламентарий. «То, что сейчас было достигнуто, выглядит как стратегическое поражение Соединенных Штатов Америки», – говорит и профессор Университета Бундесвера в Мюнхене Карло Масала.

Скорее всего, Трамп и его израильский союзник с поражением не смирятся и постараются взять реванш, возможно, что в ближайшее время. Но первый раунд однозначно остался за Ираном.