1.3 ХРИСТОС И РОССИЯ глазами "древних" греков

продолжение

В любом случае, представленные серии гравюр с «Планетами Рафаэля», позволяют, во-первых, предельно сузить временной промежуток, в котором, с наибольшей вероятностью, была осуществлена переделка росписи Зала Понтифексов, до 1801-1802 годов, а во-вторых, составить вполне достоверное представление о том, как именно до этой переделки выглядели картины с Венерой, рис. 49, и Сатурном, рис. 52.

* * *

 

Кстати, относительно Сатурна стоит сказать ещё несколько слов. Если сравнить посвящённую ему гравюру Лазинио, рис. 52, с приведённым выше фрагментом гравюры Монтаньяни, рис. 37, то нельзя не обратить внимания на то, что на последней художник явно не разобрался (то ли из-за мелкого размера деталей, то ли из-за недостаточного освещения) в том, кого же именно он на самом деле изображает. В итоге мужчина-Сатурн превратился в нимфу, а его коса — в развевающуюся на ветру часть её одеяния, рис. 37.

Автор [McGrath] уделила этому казусу целых три абзаца:

«An additional point might be made. While the Montagnani print and the two sets produced in Italy by Bonato, Lasinio, et al. reinforce each other as evidence that there were alterations to a prior vault ca. 1800, it seems that Montagnani did not copy these prints. He may not even have known of their existence, for if he had known, he could have corrected a blunder that he made.

When his print is enlarged, certain details become clear. He drew the ceiling's Venus properly, and it correlates well with the Venuses in the two sets produced in Italy … But when he looked at Saturn, he apparently could not see the figure well and did not understand it to be a figure of this planetary deity. When this part of Montagnani's print is enlarged, it indicates that Montagnani thought that this was a figure of a woman sitting in a chariot with her scarf blowing back in the wind … Because the image did not have the identity of Saturn for him, he drew what he could see. He separated Saturn's scythe into the blade (now scarf) and the staff (now a separate rod). He also seems to have believed that the "woman" looked behind her, a motif that was typical for a nymph holding her billowing scarf. In the Italian prints Saturn is shown in profile, not turning to look behind him.

Montagnani was not using the Italian printers' series of planets as his models, and he may not have even understood that he was drawing a series of planets. He was using a separate visual source that he got partly right and partly wrong. That separate source was probably the ceiling itself, which he could not see distinctly enough to understand it in all its detail.

Rather than Saturn, Montagnani thought he saw a nymph riding in her chariot. He sketched and moved on. His sketch of this figure is coincident in general outline with the Saturn figures produced by the Italian printers who remained in Italy, but it is not similar to the Piroli Saturn published in Paris … This further confirms the Montagnani print as the true copy of the ceiling».

Вкратце, здесь описывается суть отмеченной ошибки и совершенно справедливо заключается, что она являет собой дополнительное свидетельство в пользу того, что гравюра Монтаньяни была выполнена независимо от работ Лазинио и Пироли и непосредственно с оригинала (то есть свода Зала Понтифексов, а не иного вторичного источника). При этом сам художник честно рисовал то, что увидел (или, как в данном случае, не увидел), не пытаясь добавить что-то от себя.

5. Гороскоп «Планет Рафаэля»: предварительные соображения

 

С внешним видом Зодиака Понтифексов (как сегодняшним, так и первоначальным) мы разобрались. Перейдём теперь к прочтению содержащихся в нём гороскопов и определению записанных на них дат, и начнём с главного из них, который, для удобства его различения с остальными, присутствующими на этом же зодиаке, назовём условно гороскопом «Планет Рафаэля». Однако, прежде сделаем небольшое предварительное наблюдение.

Как уже говорилось выше, «грубый» гороскоп Зодиака Понтифексов, рис. 22, полностью идентичен таковому же гороскопу Зодиака Астрономии, рис. 24, и в чистом виде не датируем, поскольку слишком расплывчатые соответствия большинства планет со своими созвездиями приводят к очень большому числу астрономически допустимых решений, ровным слоем усеивающих буквально весь исторический интервал времени. Следовательно, если на Зодиаке Понтифексов записаны некие конкретные даты, то на нём обязаны присутствовать и какие-то дополнительные астрономические указания, тем или иным образом уточняющие положения «размытых» планет.

Имея это в виду, взглянем вновь на «грубый» гороскоп Зодиака Понтифексов, наглядно представленный выше на рис. 22, и зададимся следующим вопросом: положение какой из обозначенных на нём планет нуждается в уточнении в наибольшей степени?

Выяснить это несложно.

1-2) Положения Солнца и Луны каких-либо уточнений не требуют, поскольку изначально заданы совершенно однозначно — во Льве и в Раке, соответственно.

3-4) Положения Меркурия и Венеры далеко не столь чётко определены. Для первого формально допустима область из четырёх созвездий — от Близнецов, до Девы, для второй — из шести, от Тельца до Весов. Однако, реальные границы возможного местонахождения данной пары планет несколько менее широки, поскольку с точки зрения земного наблюдателя они никогда не удаляются слишком далеко от Солнца.

5) Область допустимого положения Сатурна ограничена парой соседних созвездий — Козерогом и Водолеем.

6) Аналогичная область для Юпитера вдвое больше по протяжённости и включает в себя четыре созвездия — от Стрельца до Рыб.

7) Однако, хуже всего в этом отношении дело обстоит с Марсом. В «грубом» гороскопе ему поставлены в соответствие Овен и Скорпион, что даёт два возможных варианта его допустимого местонахождения. Первый, по кратчайшей дуге, задаёт область в шесть созвездий — от Скорпиона и до Овна через промежуточные созвездия Стрельца, Козерога, Водолея и Рыб. Это — целая половина зодиакального пояса! Второй вариант — в направлении прохождения созвездий Солнцем (или, что, в данном случае, то же самое, самим Марсом) при его движении по эклиптике (то есть по порядку их обычного перечисления) — ещё хуже, так как приводит к дуге в целых восемь созвездий, рис. 54.

 

Рис. 54. Области допустимого расположения планет в «грубом»
гороскопе Зодиака Понтифексов в двух вариантах для Марса:
по кратчайшей дуге (слева) и по порядку Зодиака (справа)

 

Таким образом, ясно, что с точки зрения самой структуры «грубого» гороскопа Зодиака Астрономии, повторённого и на зодиаке Понтифексов, рис. 22, астрономическое уточнение допустимой области в первую очередь необходимо для Марса, а из всех остальных планет — для Юпитера.

Разумеется, данное наблюдение носит сугубо вспомогательный характер и само по себе ни к чему не обязывает, так как исходный «грубый» гороскоп допускает довольно широкий выбор возможных способов его уточнения, часть из которых могут вовсе никак не затрагивать Марс и, тем не менее, быть достаточными для задания конкретной даты (что, собственно, мы и увидим позднее). Однако, оно всё же оказывается небесполезным и, как мы вскоре убедимся, весьма вероятно, что ход мысли астронома, подготовившего первичную схему будущего Зодиака Понтифексов, следовал как раз по вышеописанному пути.

Ну, а теперь займёмся непосредственно гороскопом «Планет Рафаэля».

6. Расшифровка и датирование гороскопа «Планет Рафаэля»

 

Итак, нам необходимо найти на Зодиаке Понтифексов нечто такое, что позволило бы уточнить его «грубый» гороскоп. Спрашивается, где (и что) конкретно следует искать прежде всего?

Первая группа кандидатов на эту роль напрашивается сама собой. Это — фигурки внезодиакальных созвездий. В самом деле, именно внезодиакальные созвездия были использованы создателями Зодиака Астрономии, рис. 24, для уточнения его «грубого» гороскопа, [ВАТ]. И потому естественно ожидать, что нечто подобное может иметь место и на Зодиаке Понтифексов, учитывая, что оба этих зодиака находятся в нескольких шагах друг от друга, рис. 23.

Определившись с тем, в каком направлении вести поиск, присмотримся повнимательнее к изображённым на Зодиаке Понтифексов, рис. 3, внезодиакальным созвездиям. Как уже отмечалось выше, всего их пять: Корабль и Медведица (Большая или Малая), рис. 19, Лебедь и Орёл, рис. 20, и, наконец, Пёс (опять же Большой либо Малый), рис. 21.

Из этой пятёрки сразу же обращает на себя внимание созвездие Лебедя, изображение которого помещено над фигурами Марса и Юпитера — то есть как раз теми планетами, уточнение для которых было бы наиболее эффективным, ввиду медленности их движения — и ровно посередине между ними, рис. 55.

 

Рис. 55. Юпитер, Марс и Лебедь. Фрагмент Зодиака Понтифексов

 

Последующий взгляд на карту звёздного неба, рис. 56, показывает, что центральная проекция созвездия Лебедя на эклиптику покрывает часть зодиакального пояса от Козерога до середины Рыб, рис. 57.

 

Рис. 56. Карта северного полушария звёздного неба. Гравюра Альбрехта Дюрера. Якобы 1515 год



Рис. 57. Созвездие Лебедя на небесной сфере (лишние детали для удобства убраны). Фрагмент звёздной карты Дюрера

 

Ясно, что данное обстоятельство — это как раз то, что нам и нужно, и оно может быть использовано для уточнения области допустимого положения какой-то из прилегающих к Лебедю, рис. 55, планет. Но возникает вопрос: к которой из них его отнести?

Вариантов здесь, очевидно три: либо к Юпитеру, либо к Марсу, либо к ним обоим сразу. При этом само по себе изображение на зодиаке, рис. 55, не позволяет выбрать из них какой-то один, так как Лебедь на нём находится прямо посередине между Марсом и Юпитером и потому с равным основанием может быть отнесён и к любой из этих планет, и к обеим сразу. Спрашивается, как именно мы должны поступить?

Конечно, можно было бы просто провести расчёт по всем трём вариантам, после чего остановиться на том из них, который даст исчёрпывающий результат. Однако, во времена создателей рассматриваемого зодиака ещё не было современных вычислительных средств, делающих такую процедуру столь же простой, как сегодня. Поэтому, скорее всего, их расчёт строился на том, что решивший определить записанную на зодиаке дату человек сможет сделать правильный выбор без громоздких расчётов, руководствуясь лишь здравым смыслом. И действительно, такой выбор не только возможен, но и совсем несложен.

Начнём с того, что вариант с уточнением одного лишь Юпитера можно отбросить сразу. Действительно, в этом случае, во-первых, уточнение само по себе оказывается не очень значительным, так как допустимая для Юпитера область хотя и сокращается с четырёх созвездий до двух с половиной, но всё ещё остаётся достаточно большой. А во-вторых, при этом никак не затрагивается положение Марса. В итоге такое «уточнение» оказывается просто бессмысленным, так как заведомо не позволяет даже надеяться на однозначность астрономического решения.

Вариант с уточнением одновременно по Юпитеру и Марсу выглядит более правдоподобно. Однако начинать расчёт с него заведомо не имеет смысла, поскольку нетрудно сообразить, что любое решение, полученное совместным уточнением по Марсу и Юпитеру должно одновременно находиться среди решений, полученных уточнением и по одному Юпитеру, и по одному Марсу. Впрочем, как показывает последующая проверка, принятие данного варианта приводит к противоположной, по сравнению с предыдущим, крайности: у уточнённого таким образом «грубого» гороскопа решений не находится вовсе.

В итоге остаётся единственный и изначально наиболее ожидаемый вариант: уточнение «по Лебедю» относится только к Марсу.

 

Итак, получаем следующий уточнённый по Марсу гороскоп:

 

СОЛНЦЕ — во Льве.

ЛУНА — в Раке.

САТУРН — в Козероге или Водолее.

ЮПИТЕР — в Стрельце, Козероге, Водолее или Рыбах.

МАРС — в Козероге, Водолее или половине Рыб.

ВЕНЕРА — в Тельце, Близнецах, Раке, Льве, Деве или Весах.

МЕРКУРИЙ — в Близнецах, Раке, Льве или Деве.

 

Входные данные для программы HOROS:

 

 

ШКАЛА СОЗВЕЗДИЙ: <0> ОВЕН <1> ТЕЛЕЦ <2> БЛИЗНЕЦЫ <3> РАК <4> ЛЕВ <5> ДЕВА <6> ВЕСЫ <7> СКОРПИОН <8> СТРЕЛЕЦ <9> КОЗЕРОГ <10> ВОДОЛЕЙ <11> РЫБЫ <12=0>

ГРАНИЦЫ СОЗВЕЗДИЙ на эклиптике J2000 (в градусах долготы): <31> ОВЕН <56> ТЕЛЕЦ <92> БЛИЗНЕЦЫ <118> РАК <137> ЛЕВ <172> ДЕВА <215> ВЕСЫ <239> СКОРПИОН <266> СТРЕЛЕЦ <296> КОЗЕРОГ <326> ВОДОЛЕЙ <349> РЫБЫ <31>

 

Выполненный с помощью программы HOROS расчёт показал, что на интервале с 1450 по 1840 годы н.э. (нижняя граница взята с некоторым запасом исходя из того, что папа Лев X, по указанию которого, по словам Дж. Вазари, была создана роспись с Зодиаком Понтифексов, родился, как считается, в 1475 году) данный гороскоп имеет единственное (сдвоенное) решение — 5-6 августа и 1-2 сентября старого стиля 1640 года н.э. Иных решений нет.

 

В таблицах ниже приводятся расчётные положения планет для указанного решения. В первой строке под названием планеты даётся её положение на эклиптике J2000 (в градусах), во второй — отклонение от Солнца по долготе (также в градусах), в третьей — положение по шкале созвездий, в четвёртой — название созвездия, где находилась планета. В последней строке приводится среднее отклонение расчётных положений планет от их «лучших точек» (в градусах).

 

 

На рис. 58-60 показаны наглядные иллюстрации расположения планет на 5 августа старого стиля 1640 года, а также на 1 сентября старого стиля того же года, полученные с помощью программы-планетария StarCalc.

 

Рис. 58. Меркурий, Солнце, Венера и Луна. Утро 5 августа ст.ст.
(15 августа н.ст.) 1640 года н.э. Место наблюдения — Рим.
На основе экрана программы StarCalc



Рис. 59. Марс, Сатурн и Юпитер. Вечер 5 августа ст.ст.
(15 августа н.ст.) 1640 года н.э. Место наблюдения — Рим.
На основе экрана программы StarCalc



Рис. 60. Меркурий, Солнце, Венера и Луна. Утро 1 сентября ст.ст. (11 сентября н.ст.) 1640 года н.э. Место наблюдения — Рим.
На основе экрана программы StarCalc

7. Значение записанной в гороскопе «Планет Рафаэля» даты

 

Таким образом, с помощью фигуры внезодиакального созвездия Лебедя нам удалось существенно уточнить исходный «грубый» гороскоп Зодиака Понтифексов и получить для него единственную дату (точнее пару очень близких дат): 5-6 августа или 1-2 сентября старого стиля 1640 года н.э.

Естественно, возникает вопрос — почему именно эта дата оказалась записанной на Зодиаке Понтифексов и что она означает?

Ответ, по-видимому, таков: это — в точности дата первого возвращения на звёздное небо «грубого» гороскопа Зодиака Астрономии (считая от момента создания самого Зодиака Астрономии).

Имеется в виду следующее.

Как показано в [ВАТ], Зодиак Астрономии, посвящённый изобретению птолемеевской системы мира (благодаря которой стали возможными достаточно точные астрономические расчёты положений планет на любой наперёд заданный момент времени), в своё время был чрезвычайно знаменит и оказал огромное влияние на всю последующую астрономическую и астрологическую традицию. В частности, ввиду придававшейся ему важности, астрономы XVI-XVIII веков старались отследить повторные появления на небе его «грубого» гороскопа и увековечивать такие появления (рассматривавшиеся ими как весьма значительные события) созданием новых зодиаков, подобных Зодиаку Астрономии, но, разумеется, с иными уточнениями. И таких «посвятительных» зодиаков сохранилось достаточно много, особенно в Италии. Рассматриваемый нами сейчас Зодиак Понтифексов — лишь один из них, хотя и, пожалуй, наиболее впечатляющий.

Если же говорить о конкретных датах, в которые на звёздном небе вновь возникали конфигурации планет, аналогичные тем, что некогда были запечатлены на Зодиаке Астрономии, то таковых было весьма немного (и тем в большей степени каждая из них заслуживала достойного внимания). А именно, со времён папы Александра Борджиа (1492-1503), изобразившего зодиак Астрономии в своих покоях, и вплоть до начала XIX века их насчитывалось всего три (или же пять, если разбить первые две пары): 5-6 августа и 1-2 сентября 1640 года, 2 августа и 29-30 августа 1700 года, и, наконец, 23-25 июля 1785 года (все даты по старому стилю). Как видим, полученная нами выше дата как раз и открывает этот далеко не длинный перечень.

В итоге, мы получаем следующую картину. В 1640 году, в середине первой декады августа, планеты на звёздном небе впервые, спустя полтора столетия со времён папы Борджиа, вновь выстраиваются в конфигурацию, аналогичную той, которая была зафиксирована на знаменитом Зодиаке Астрономии. Затем эта конфигурация разрушается и чуть менее чем через месяц возникает вновь. После чего опять пропадает на долгие десятилетия.

Понятно, что столь долгожданное событие не могло пройти незамеченным, и ему тут же был посвящён роскошный Зодиак Понтифексов, украсивший своды одного из залов в тех же самых покоях Борджиа, которые ранее стали «домом» для Зодиака Астрономии. Что было не только совершенно естественно, но и весьма символично. Действительно, более подходящего места для вновь создаваемого «посвятительного» зодиака, чем в самой непосредственной близи от его прообраза, рис. 23, и не придумать.

Как уже было сказано, не остались без внимания и последующие возвращения «грубого» гороскопа Зодиака Астрономии. Так, второе из них, случившееся ровно через шестьдесят лет — в 1700 году — было отмечено красочным зодиаком на вилле Барбаро, рис. 61.

 

Рис. 61. Зодиак из Зала Олимпийцев на вилле Барбаро в Мазере.
Детальный анализ этого зодиака (примечательного, в частности, тем,
что на одной из дополняющих его картин в весьма выразительном виде
показаны кольца Сатурна) выполнен в книге [ВАТ]

 

Что же касается третьего и последнего (до конца XVIII столетия) возвращения «грубого» гороскопа зодиака Астрономии, случившегося в 1785 году, то к нему мы ещё вернёмся ниже.

Таким образом, дата, на гороскопе «Планет Рафаэля» отмечает первое возвращение «грубого» гороскопа зодиака Астрономии. Это было весьма важное, — причём, отнюдь не только для узкого круга учёных-астрономов, поскольку знания о звёздном небе в ту эпоху играли весьма значительную роль в жизни очень многих, в особенности образованных, людей, — событие, ждать которого пришлось целых сто пятьдесят лет.

8. «Дополнительный Лев» на картине с Меркурием
и его вероятный астрономический смысл

 

В принципе, изложенным выше можно было бы завершить разбор гороскопа «Планет Рафаэля» и перейти к следующему гороскопу Зодиака Понтифексов. Однако, остался один небольшой нюанс, которому стоит прежде уделить внимание.

Дело в следующем.

Как мы выяснили выше, точное (и единственное на разумном интервале) решение гороскопа «Планет Рафаэля» — это пара близких друг к другу дат (5-6 августа и 1-2 сентября старого стиля 1640 года н.э.), которую вполне допустимо считать за одно решение. В особенности, учитывая, что обе они имеют один и тот же смысл, обозначая первое за сто пятьдесят лет после создания Зодиака Астрономии повторное появление на небе его «грубого» гороскопа, и находятся в пределах одного месяца.

Тем не менее, чисто формально это всё-таки две различные даты, пусть и очень близкие, но всё же отстоящие одна от другой на четыре недели. Однако, мы знаем, что создатели старинных зодиаков, как правило, стремились к тому, чтобы записанные на них даты были заданы однозначно, и, при необходимости, добавляли те или иные вспомогательные астрономические детали, позволяющие исключить побочные решения. Спрашивается, не поступили ли они так же и в данном случае? Иначе говоря, не оставили ли они на Зодиаке Понтифексов какое-нибудь дополнительное, быть может, почти неприметное на первый взгляд указание, которое позволило бы уточнить гороскоп «Планет Рафаэля» и тем самым привести к совершенно однозначной дате?

Оказывается, что такое указание, — а точнее говоря, деталь, которая могла выступать в этом качестве, — действительно присутствует среди составляющих зодиак картин.

В самом деле, если как следует присмотреться ко всем показанным выше — на фотографиях, рис. 12, рис. 13, рис. 14, рис. 15, рис. 16, рис. 17, рис. 18, гравюрах Пироли, рис. 38, рис. 39, рис. 40, рис. 41, рис. 42, рис. 43, рис. 44, и гравюрах Лазинио, рис. 46, рис. 47, рис. 48, рис. 49, рис. 50, рис. 51, рис. 52, — изображениям планет на Зодиаке Понтифексов и сопровождающих их фигур животных (или, в случае Дианы-Луны, девушек), то можно заметить яркую особенность, связанную с влекущими колесницу Меркурия петухами.

А именно, в отличие от всех остальных «планетных» животных (коней Аполлона и Марса, голубок Венеры, орлов Юпитера и змей Сатурна), представленных «в гордом одиночестве», у петухов Меркурия имеется некое важное добавление. На фотографии, рис. 14, это — свисающая с нагрудной перевязи табличка с мордой льва. Она же изображена и на гравюре Пироли, рис. 40. В то же время на гравюре Лазинио, рис. 48, вместо львиной морды мы видим маску с человеческим лицом, рис. 62.

 

Рис. 62. Петухи с львиной мордой (на фотографии, слева и справа вверху)
и человеческой маской (на гравюре Лазинио, справа внизу).
Увеличенные фрагменты рис. 14 и рис. 48

 

Но, как мы уже знаем, гравюры Лазинио и Пироли передают состояние Зодиака Понтифексов до и после переделки начала XIX века, соответственно. Значит, перед нами две возможности. Либо морда льва появилась на Зодиаке Понтифексов лишь в XIX веке, либо же она была там с самого начала, а человеческое лицо на гравюре Лазинио — невольная ошибка художника, не вполне рассмотревшего эту довольно мелкую деталь.

Сказать наверняка, какой из этих двух вариантов соответствует действительности, очевидно, нельзя. Тем не менее, ясно, что, если в первом случае «дополнительный Лев», являясь позднейшей вставкой, заведомо не может иметь отношения к исходному гороскопу «Планет Рафаэля», то во втором — ровно наоборот, не только может, но и почти наверняка должен иметь. Иначе непонятно, зачем вообще понадобилось его изображать.

Правда, автор работы [McGrath] предлагает считать, что это было сделано, дескать, потому, что, согласно астрологическим представлениям небезызвестного итальянского гуманиста Марсилио Фичино, «петухи не боятся львов» («Marsilio Ficino … helps us understand why the planet Mercury's cocks on the pendentives of the vault wear breastplates showing a lion's head. Cocks do not fear lions, according to Ficino …»). Версия, конечно, весьма забавная. Однако, ясно, что подобными «глубокомысленными» рассуждениями можно объяснить всё что угодно. Например, по такой же логике вполне можно было бы ожидать, скажем, изображения крокодила на картине с Венерой, поскольку влекущие её колесницу голуби тоже, наверное, не боятся крокодилов (которых никогда не видели). Но никакого крокодила возле колесницы Венеры почему-то нет.

Если же говорить серьёзно, то львиная голова на картине с Меркурием, скорее всего, была помещена туда не просто так, а с целью задания дополнительного астрономического условия. А именно — для того, чтобы сузить область допустимого нахождения Меркурия до одного лишь созвездия Льва, сделав тем самым однозначной дату гороскопа. И действительно, если мы посмотрим на приведённые выше таблицы с расчётными положениями планет в решении 1640 года, то сразу увидим, что 5-6 августа старого стиля 1640 года Меркурий и в самом деле находился во Льве (на границе последнего с Девой), рис. 58, а вот 1-2 сентября старого стиля того же года он был уже не во Льве (и даже не на его границе), а в самой середине Девы, рис. 60.

Следовательно, мы можем несколько уточнить полученный ранее вывод: вполне вероятно, что в гороскопе «Планет Рафаэля» была зафиксирована дата не просто первой пары возвращений «грубого» гороскопа Зодиака Астрономии, но в точности самого первого из них — состоявшегося 5-6 августа старого стиля 1640 года.

Впрочем, это не единственный вариант. Ведь, как уже говорилось выше, на Зодиаке Понтифексов есть и другие гороскопы. Причём, как мы увидим далее, отнюдь не все они присутствовали на нём с самого начала. И также мы увидим, что, с не меньшей вероятностью, «дополнительный Лев» мог относиться как раз к гороскопу, добавленному на Зодиак Понтифексов позднее. И, возможно, именно по этой причине, а не вследствие недостаточной внимательности художника, он и не был отражён на во всех остальных отношениях весьма точной гравюре Лазинио, рис. 48, рис. 62.

Но обо всём по порядку.

9. «Часы Рафаэля» на Зодиаке Понтифексов

 

При дальнейшем изучении изображений зодиака Понтифексов обнаруживается ещё одна группа уточнений к его «грубому» гороскопу. Причём выполнены они весьма необычно и при беглом взгляде практически незаметны.

Обратимся вновь к гравюре Монтаньяни, рис. 35, и посмотрим более пристально на её центральный фрагмент, рис. 63.

 

Рис. 63. Центральная часть росписи свода Зала Понтифексов
на гравюре Монтаньяни. Увеличенный фрагмент рис. 35

 

По обеим сторонам от круга с четырьмя крылатыми девушками (согласно Дж. Вазари, олицетворяющими собой победы) мы видим двенадцать (по шесть слева и справа) неповторяющихся женских фигур, каждая из которых показана в своей уникальной позе и что-то держит в руках, рис. 64.

 

Рис. 64. Две вереницы фигур (вверху — правая, внизу — левая)
в центре Зодиака Понтифексов. Увеличенные фрагменты рис. 63

 

Спрашивается, — можно ли понять, что все эти фигуры означают и, что важнее, имеют ли они какой-либо астрономический смысл?

Опираясь лишь на рис. 63 и рис. 64, ответить на эти вопросы едва ли возможно. Однако, на этот счёт существует замечательная подсказка. Речь идёт о так называемых «Часах Рафаэля», выполненных Жаном-Батистом Фоссейе и ещё девятью художниками в 1790-х или начале 1800-х годов (но, по всей видимости, не позднее 1806 года) и впоследствии многократно копировавшихся в самых различных формах на протяжении всего XIX века. «Часы Рафаэля» представляют собой серию из двенадцати гравюр, олицетворяющих, согласно подписям к ним, шесть дневных и шесть ночных часов, рис. 65-77.

 

Рис. 65. «Часы Рафаэля». Общий вид серии гравюр
(художники: Ж. Фоссейе, Л. Пети, Л. Крутель, Ж. Лавалли,
Л. Марьяж, Ж. Буржуа, Н. Тома, Ж. Рибо, Ф. Юбер, Ф. Деквовилье)



Рис. 66. Первый час дня («Ora Prima di Giorno»)



Рис. 67. Второй час дня («Ora Seconda di Giorno»)



Рис. 68. Третий час дня («Ora Terza di Giorno»)



Рис. 69. Четвёртый час дня («Ora Quarta di Giorno»)



Рис. 70. Пятый час дня («Ora Quinta di Giorno»)



Рис. 71. Шестой час дня («Ora Sesta di Giorno»)



Рис. 72. Первый час ночи («Ora Prima di Notte»)



Рис. 73. Второй час ночи («Ora Seconda di Notte»)



Рис. 74. Третий час ночи («Ora Terza di Notte»)



Рис. 75. Четвёртый час ночи(«Ora Quarta di Notte»)



Рис. 76. Пятый час ночи («Ora Quinta di Notte»)



Рис. 77. Шестой час ночи («Ora Sesta di Notte»)

 

Сравнение этих фигур с фигурами на гравюре Монтаньяни, рис. 64, не оставляет ни малейших сомнений в том, что «Часы» были либо срисованы непосредственно с потолка Зала Понтифексов, либо (что менее вероятно, но, в принципе, также возможно) воспроизводили ещё сохранявшиеся к началу XIX века, но позднее утраченные эскизы, — быть может, даже и правда выполненные собственноручно Рафаэлем, — по которым он некогда был расписан.

К слову, относительно отнесения «часовых» фигур к Рафаэлю, важно отметить, что это — не выдумка персонально Фоссейе или кого-то из работавших с ним художников, с целью продать побольше экземпляров своих гравюр (как вполне можно было бы предположить). О связи «Часов» (а также и «Планет») со знаменитым художником прямо говорится и в подписи к гравюре Монтаньяни, рис. 35. Вот она: «Volta della Sala Borgia nel Palazzo Vaticano que sono espressi i pianeti le ore del giorno ed i segni dello Zodiaco dall'Immortal Raffaele Sanzio d'Urbino». Или, в переводе на русский: «Свод Зала Борджиа в Ватиканском дворце с изображениями планет, часов дня и знаков Зодиака, созданных бессмертным Рафаэлем Санти из Урбино».

Отметим также, что в Италии имеется по крайней мере ещё один «часовой» цикл, выполненный, как считается, уже знакомым нам Джорджо Вазари якобы в середине 1550-х годов, и украшающий свод террасы Сатурна во флорентийском Палаццо Веккьо, рис. 78-80.

 

Рис. 78. Вид на потолочную роспись террасы Сатурна. По периметру
расположены двенадцать прямоугольных картин (на фотографии видны
четыре с половиной), на каждой из которых изображены по две фигуры,
олицетворяющие соответствующую пару часов (все они прямо
пронумерованы от I до XXIIII). Палаццо Веккьо, Флоренция



Рис. 79. Аллегории третьего и четвёртого часов дня



Рис. 80. Аллегории девятого и десятого часов дня

10. Расшифровка и датирование гороскопа «Часов Рафаэля»

 

Итак, попытаемся выяснить, какой именно смысл несут двенадцать «часовых» фигур, изображённых на гравюре Монтаньяни в центральной части Зодиака Понтифексов, рис. 63