На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Свежие комментарии

  • Юрий Ильинов
    Санкции против России назвали преступными Президент Никарагуа Даниэль Ортега на встрече со спикером Госдумы Вячеславо...КАРМЫ БОЛЬШЕ НЕТ?...
  • Юрий Ильинов
    Саудовская Аравия заявила, что не участвовала в атаке на Ходейду ДОХА, 21 июл — РИА Новости. Саудовская Аравия не уча...КАРМЫ БОЛЬШЕ НЕТ?...
  • Юрий Ильинов
    Жуковский: Спираль кризиса в РФ начинает активно раскручиваться О последних тенденциях в экономике, ситуации с рублем...Сложные торговые ...

Книга Урантии . Документ 133 Возвращение из Рима. Часть 4,глава 1

1. Милосердие и правосудие

133:1.1 (1468.4) Однажды пополудни, когда они приближались к Таренту, рядом с дорогой произошёл весьма интересный инцидент. Они увидели, как грубый и агрессивный парень жестоко бьет более слабого мальчика. Иисус поспешил на помощь пострадавшему и, освободив его, крепко удерживал обидчика, пока мальчик не убежал.

Как только Иисус отпустил драчуна, Ганид набросился на того и принялся сильно хлестать – и, к изумлению Ганида, Иисус сразу же вмешался, остановив его и позволив напуганному парню скрыться. Отдышавшись, Ганид возбуждённо воскликнул: «Я не понимаю тебя, Учитель. Если милосердие требует того, чтобы ты спас более слабого, то разве правосудие не требует наказания для нападавшего, более сильного юноши?» В ответ Иисус сказал:

133:1.2 (1469.1) «Ганид, ты действительно не понимаешь. Проявление милосердия всегда является действием индивидуума, однако правосудное наказания – функция социальных, правительственных или вселенских административных групп. Как индивидуум, я обязан проявлять милосердие; я должен прийти на помощь атакованному мальчику, и в полном соответствии с этим я могу использовать силу, достаточную для обуздания нападающего. Именно так я и поступил. Я добился освобождения атакованного мальчика; этим завершилось проявление милосердия. После этого в течение достаточно длительного времени я силой удерживал нападавшего, чтобы позволить более слабой стороне спастись, вслед за чем я удалился. Я не стал судить агрессора – выяснять его мотивы, определять все привходящие обстоятельства нападения на своего собрата и после этого выносить наказание, которое могло бы быть продиктовано моим разумом в качестве справедливого возмездия за проступок. Ганид, милосердие может быть чрезмерным, однако правосудие характеризуется точностью. Разве ты не понимаешь, что нет двух людей, которые придерживались бы одинакового мнения относительно того, какое наказание удовлетворяет требованиям правосудия? Один наложил бы сорок плетей, другой – двадцать, а третий посоветовал бы в качестве справедливой кары одиночное заключение. Разве ты не видишь, что в этом мире такие обязанности должны лежать на группах или выполняться выборными представителями группы? Во вселенной правосудие возложено на тех, кто полностью знает все предшествующие правонарушению обстоятельства, равно как и его мотивы. В цивилизованном обществе и в организованной вселенной отправление правосудия предполагает вынесение справедливых приговоров на основе честного суда, и такими прерогативами обладают юридические группы миров и всезнающие администраторы высших вселенных всего творения».

133:1.3 (1469.2) В течение нескольких дней они говорили о проблеме проявления милосердия и отправления правосудия. Наконец Ганид – по крайней мере, частично – понял, почему Иисус не желал лично вступать в противоборство. Однако на свой последний вопрос Ганид так и не получил вполне удовлетворительного ответа, и этот вопрос звучал так: «И всё же, Учитель, если более сильное и злонамеренное создание нападет на тебя и будет угрожать уничтожить тебя, как ты поступишь? Разве ты не сделаешь ничего для собственной защиты?» Хотя Иисус не мог полностью и удовлетворительно ответить на вопрос юноши – поскольку не хотел раскрывать ему того, что, для наблюдающей вселенной, его (Иисуса) жизнь на земле является примером любви Райского Отца, – он всё же сказал:

133:1.4 (1469.3) «Ганид, я хорошо понимаю, что некоторые из этих проблем озадачивают тебя, и я попытаюсь ответить на твой вопрос. При любом возможном нападении на меня в первую очередь я определил бы, является ли нападающий Божьим сыном – моим братом во плоти, – и если бы я полагал, что такое создание не обладает моральными устоями и духовным рассудком, я, не колеблясь, принялся бы защищать себя, используя все свои способности сопротивляться, независимо от последствий для нападающего. Однако даже в целях самозащиты я не прибег бы к такому же насилию по отношению к своему собрату, Божьему сыну. Это значит, что я не стал бы наказывать его заранее и без суда за то, что он на меня напал. Я попытался бы с помощью любой возможной уловки помешать ему и отговорить его от нападения, а если бы мне не удалось предотвратить атаку, то я постарался бы смягчить её. Ганид, я полностью уверен в заботе обо мне моего небесного Отца; я посвящён исполнению воли моего Отца на небесах. Я не верю, что со мной может приключиться действительная беда. Я не верю, что дело моей жизни может действительно быть поставлено под угрозу чем-либо, что хотели бы наслать на меня мои враги, и уж конечно мы можем не опасаться насилия со стороны своих друзей. Я абсолютно уверен в дружеском расположении ко мне всей вселенной – всем своим сердцем я настойчиво утверждаю веру в эту всесильную истину, несмотря на видимость противоположного».

133:1.5 (1470.1) Однако Ганид не был полностью удовлетворён. Не раз они возвращались к этим темам, и Иисус рассказал ему о некоторых эпизодах своего отрочества, а также об Иакове, сыне каменщика. Узнав, что Иаков вызвался защищать Иисуса, Ганид сказал: «О, теперь я начинаю понимать! Во-первых, трудно найти нормального смертного, который захотел бы напасть на столь доброго человека, как ты, а если бы и нашёлся решившийся на такое безумец, наверняка поблизости оказался бы другой смертный, который поспешил бы к тебе на помощь, – точно так же, как ты всегда выручаешь всякого, кто попадает в беду. Своим сердцем, Учитель, я согласен с тобой, но своим умом я по-прежнему считаю, что если бы я был Иаковом, я бы с радостью наказал тех грубых парней, которые позволяли себе нападать на тебя только из-за уверенности в том, что ты не станешь себя защищать. Я полагаю, что на твоём жизненном пути тебе едва ли грозит какая-либо опасность, ибо ты уделяешь так много своего времени, помогая другим и опекая своих бедствующих собратьев, – скорее всего, рядом всегда окажется кто-нибудь, кто защитит тебя». И Иисус ответил: «Время этого испытания ещё не пришло, а когда оно настанет, нам придётся подчиниться воле Отца». И это было всё, чего юноша смог добиться от своего учителя в отношении трудного вопроса о самообороне и непротивлении. В другом случае ему удалось узнать мнение Иисуса о том, что организованное общество имеет полное право использовать силу для исполнения своих справедливых распоряжений.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх